Илья Сёмин. Полуостров Псков." /> Музей Нонконформистского Искусства - Илья Сёмин. Полуостров Псков.
 
Музей нонконформистского искусства / Большой зал
Илья Сёмин. Полуостров Псков
 
1 февраля – 1 марта
Открытие 1 февраля в 17:00

 

Илья Сёмин – художник из Пскова. В 1980-1990гг. учился и жил в Ленинграде, затем вернулся в Псковскую область. В1990-1994 живет и работает в деревне Холомки, известной в 20-е годы ХХ века как пристанище петроградской творческой интеллигенции. С 1994 года живет В Пскове.
Путешествие художника (Псков – Ленинград – Псковская деревня – Псков) приводит его и героя его картин на «полуостров», где только узкая полоска «суши» связывает его с «большой землёй»
Картины Ильи Сёмина напоминают причудливый текст со сложной символической организацией. Здесь индивидуальность стремится истолковать себя, словно оправдываясь, выразить обволакивающее, гипнотизирующее и… липкое молчаливое время, в котором реальность мучительно борется за существование. Вдумчивая эмоциональность придаёт художественному методу автора специфическую противоречивость. Конфликт начал, интеллектуального и живописного, делает его картины сконструированными текстами – проекцией авторской агрессии. Подавленная, изгнанная спонтанность тем громче и ярче заявляет о себе, чем жёстче автор изгоняет её с поверхности своих картин. Лаконизм композиций, аффективный колорит, тактильный дефицит, нарочитая законченность… Схематичность и цветовая напряжённость выражает пафос травмы, шрам, след. В тусклой действительности образы формируются в изолированные, герметичные идеограммы.
По личному признанию, автор изучает мир постсоветской индивидуальности, наполненный страхами и пределами, растерянностью и герметичностью. Его герой почти замирает в пространстве осыпавшихся мифов, словно ископаемое, запечатлённое в осадочной породе.
Провинциальность, подобно фразе без контекста, теряет мотивацию, и лишь тусклые ассоциации связывают этот мир СЕГОДНЯ с миром ВЧЕРА. Проклятый мир тупика. Автора не интересуют параллельные миры, для него интересно лишь параллельное время. Континуальность рассыпается на образы нашего языка, и уже само время превращается в
образ. Действительности безразличны наши желания, но только они делают её реальностью. Предметный мир требует от нас нарциссического оцепенения, преклонения… пассивности. Внимательно всматриваясь в реальность, автор расшифровывает скрытый в ней обман.